Томек в стране кенгуру - Страница 12


К оглавлению

12

Томек, сам не зная почему, почувствовал вдруг огромную симпатию к великану-боцману. Не задумываясь ни на секунду, он сказал:

– Перед отъездом из Варшавы я купил несколько открыток с видами города. Я с удовольствием поделюсь с вами.

– Это замечательно, что мы с тобой встретились, – весело ответил великан-боцман. – Такому подарку я буду рад больше, чем бутылке самого лучшего рома.

Беседуя так, они подошли к краю пристани, где их ожидала большая лодка с четырьмя матросами, державшими весла в руках. Боцман посадил Томека рядом с собой у руля, и они сразу же отчалили.

По дороге Томек внимательно читал названия кораблей, надеясь увидеть «Аллигатор». Не находя своего корабля, он обратился к боцману:

– Скажите, отсюда можно увидеть наш корабль?

– Посмотри-ка на судно, стоящее там на рейде, из его трубы валит дым, словно из кратера Везувия, – сказал боцман. – Это и есть наш «Аллигатор».

Томек взглянул в указанном направлении. Он увидел паровое судно не очень большое, если сравнить его с океанскими кораблями, стоявшими в порту. Лодка быстро приближалась к «Аллигатору». С его борта на талях были спущены канаты, к которым привязали лодку. Потом к лодке спустили веревочную лестницу, или трап, по-морскому.

Поощряемый боцманом, Томек первым вошел на борт по качающимся ступенькам трапа. Едва он коснулся ногами палубы корабля, как к нему подошел низкий, худой мужчина с дымящейся трубкой в зубах.

– Если не ошибаюсь, то я имею честь видеть молодого охотника на диких зверей. Мы тебя ждали еще вчера, – обратился к Томеку мужчина, вынимая трубку изо рта. – Моя фамилия – Мак Дугал.

– Здравствуйте, капитан! – ответил Томек по-английски, с удовольствием отмечая про себя, что он недаром столько мучился, изучая английский язык. – Я – Томаш Вильмовский.

Капитан взял под козырек и подал Томеку руку, говоря:

– Боцман Новицкий приготовил тебе каюту рядом с моей, так что мы будем соседями. Ты очень сильно храпишь во сне?

– Только, если сплю навзничь.

– Не беда. Я храплю в любом положении, – ответил с улыбкой капитан, одновременно здороваясь со старшим Вильмовским и Смугой, которые тем временем тоже очутились на палубе.

– Все ли готово к отплытию? – спросил Вильмовский.

– С самого рассвета держим котлы под парами, – ответил Мак Дугал.

– Если вы готовы, то снимаемся с якоря, – приказал Вильмовский.

По узенькому железному трапу они поднялись на верхнюю палубу, где матросы закрепляли лодку, поднятую с поверхности моря. Мак Дугал занял свое место на капитанском мостике; из его уст немедленно посыпались команды.

Вскоре заревел гудок. Томеку показалось, что под его ногами задрожала палуба. Он услышал грохот цепей, поднимавших якорь. Протяжный бас корабельного гудка раздался в третий раз. Корабль задрожал, словно ожил, и стал медленно двигаться.

– Ну, Томек, началось наше первое совместное путешествие, – заметил Вильмовский.

– Смотри, папа! Кажется, будто берег отдаляется от нас, а не мы от него, – вскричал Томек.

Легкая дрожь палубы свидетельствовала о том, что заработали машины корабля. «Аллигатор» ходко пошел вперед, и вскоре вышел из залива в открытое море.

Стоя на палубе рядом с отцом, Томек смотрел на удаляющийся берег...

– Капитан Мак Дугал сказал, что моя каюта находится рядом с его, – сказал Томек, когда дома на берегу превратились в узкую цветную полоску.

– У нас на корабле достаточно свободных кают, – пояснил Вильмовский, – поэтому все мы получили собственные уголки. Это очень хорошо, ведь мы должны будем провести на «Аллигаторе» несколько месяцев.

– А когда приедем в Австралию, мы тоже будем жить на корабле? – поинтересовался Томек.

– "Аллигатор" будет основной базой нашей экспедиции. По мере надобности, судно будет переходить с места на место. Это позволит грузить на судно животных, пойманных в разное время и в разных местах. Большинство животных очень плохо переносит первые дни неволи. Многие из них гибнут только из-за плохих транспортных условий. На «Аллигаторе» они будут чувствовать себя сносно, здесь можно организовать уход за ними.

– Животные, наверное, болеют во время морского путешествия? – снова задал вопрос отцу Томек.

– Некоторые болеют, впрочем, все они раздражены. При случае поговорим об этом подробнее. Теперь ты должен устроиться в своей каюте.

Вильмовский повел сына к надстройке верхней палубы. По обе стороны узкого коридора виднелись двери, обозначенные номерами. Вильмовский остановился на пороге и сообщил сыну:

– Первая дверь с левой стороны ведет в каюту капитана. Следующая дверь за ней – в твою каюту. Третья дверь ведет в мою, а последняя – в каюту Смуги. С противоположной стороны коридора находятся каюты офицеров и боцмана Новицкого. Остальные члены экипажа помещаются этажом ниже. Там же находится кают-компания.

Вильмовский остановился у входа в каюту Томека и с улыбкой предложил:

– Мне кажется, что лучше всего начать ознакомление с судном со своей собственной каюты. Пожалуйста, входи!

Томек отворил дверь. Когда он осмотрел уютную каюту, его охватило изумление. Над узкой, прикрепленной к стене койкой блестел новенький штуцер.

– Папа, неужели все, что находится в этой каюте принадлежит мне? – спросил Томек, с трудом подавляя охватившее его волнение.

– Конечно, – ответил отец – здесь ты найдешь все, что нужно человеку в экспедиции.

– Збышек, Витек и Ира лопнут от зависти, когда я им напишу об этом! – вскричал Томек.

– Ты хочешь сразу ознакомиться с кораблем? – спросил Вильмовский, видя, что Томек все время с нетерпением поглядывает на штуцер, висящий над койкой. – А может быть, ты предпочитаешь отдохнуть в каюте?

12